Буквица #1, 2008 Стр.:   2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 Галерея:   II  III  IV  V  VI  VII  VIII  IX Стихи наших авторов


 
    Алексей Березин

Пародии

Где бы ты ни была...
Мaть щелкунчикa
На стену лезя
Бастурмамбо
Раскаты палиндрома
Черноночие

 

 
  Родился в подмосковных Мытищах, закончил Бауманский Университет, работал инженером в одном из королёвских НИИ. С середины девяностых живу в Нью-Йорке, работаю программистом.
В 2003 году решил попробовать свои силы в поэзии, в основном юмористического и пародийного плана, и оказался в числе победителей нескольких поэтических конкурсов. Публиковался в периодических изданиях России, США и Канады.
    Где бы ты ни была...

"...Ты взойдешь на ступень, я рукою тебя поддержу..."
Александр Акулов

Знай, любимая, скоро приду я! Ногами. Двумя.
Ниц паду пред тобой! Всеми рёбрами. На пол. Плашмя.
Ну, а ты, может быть, улыбнёшься зубами в ответ
И, наверное, скажешь мне ртом: "Где ты был столько лет?".

Как же буду я счастлив увидеть глазами тебя!
И подумаю мозгом: "Ну как можно жить, не любя?!"...
Будет лунная ночь. Я задую губами свечу...
И любить тебя буду... А чем — уточнять не хочу.

 

 
        Мaть щелкунчикa

"Сидел и слушал Дебюсси.
Люблю я "Лунный свет" у Клода.
...
мне почему-то снится Бах..."
Николай Назаров

Я с детства — жуткий меломан,
Хочу признаться между прочим.
Мелодий сладостный дурман
Я ощущаю днём и ночью.

Лежу однажды в тишине
И дрыхну крепким сном младенца.
И вдруг Беллини снится мне.
Люблю я "Норму" у Винченцо.

Что это — редкостный недуг?
Откуда сновиденья эти?
Чайковский кaк-то снился вдруг.
Люблю "Щелкунчика" у Пети.

Какая странная хандра!
Я о такой ещё не слышал.
Мне снился Хренников вчера.
Я очень "Мать" люблю у Тиши.

Верчусь на смятых простынях
В предчувствии видений новых.
Шаинский снился мне на днях.
Люблю "Кузнечика" у Вовы.

Однажды вижу я во сне,
Как солнце спряталось за тучи.
Вдруг Алибасов снится мне,
А с ним и вся "На-На" до кучи.

Потом цветной кошмарный сон
Большим экраном развернулся —
Мне снился ЗАГС. И Мендельсон...
На всякий случай я проснулся...

 

 
        На стену лезя

"...И словно близя казнь в остроге
бегут минуты на стене..."

Пиша поэму, у камина
Сижу я, пья аперитив...
Летят секунды ровным клином,
Тяня прощальный свой мотив.

Читаю вслух, свой голос выся,
Глаза рукой устало тря.
Бегут минуты крупной рысью,
Куда-то в вечность нагло пря.

И, словно близя час расплаты,
Лья тусклый свет вокруг себя,
Идут часы толпой куда-то,
В свои куранты громко бья.

 

 
        Бастурмамбо

"Шумел прибой, матросы пели,
Полз краб по влажному песку.
Мы с вами, милочка, сидели.
Вы мне напомнили треску.

Не обижайтесь, вы — прекрасны,
Вы пахли сладостной водой.
И были губы ваши страстны,
И грудь вздымалась бастурмой."

Вениамин Ленский

Шумел камыш, матросы пили,
А боцман дрых без задних ног...
Вы пахли, словно чахохбили!
И я не в шутку занемог...

Ваш ясный взор — светлей лазури!
Достоин лермонтовских строк...
Я называл вас — Хачапури...
И лучше выдумать не мог!

Ах, этот запах, милый, тонкий,
Ни с чем не спутать на земле!
А ваши рульки и бульонки!..
Грудинка, окорок, филе!

Я нежно гладил ваше сало,
От чувств дрожа, как холодец...
Мой возбуждённый оковалок
Призывно ткнулся в ваш кострец...

Я целовал вас в исступленьи,
И сердце нежностью свело!
Я тискал мягкие пельмени,
Лобзал корейку и седло...

Вы стали мне дороже музы!
Я б не отдал за миллион
Голяшки ваши и огузок,
Мослы, загривок и миньон!

Ваш милый образ не разрушит
Разлуки долгая метель!..
Ведь я любил... всю вашу тушу,
Роняя слюни на постель.

 

 
        Раскаты палиндрома

"Я в лесу глухом, дремучем слов
Наугад бреду..."

Глухим, дремучим лесом слов бреду я снова.
И по лицу нещадно хлещут междометья...
Опять споткнулся о торчащий корень слова,
Когда трёхстопный ямб хотел преодолеть я.

Вокруг — сплошное буриме, и мало шансов
Найти свой путь сквозь дебри членов предложений.
Вот поскользнулся я на куче диссонансов —
Упал, отбив себе одно из дополнений.

И снова — топь непроходимых аллегорий,
Шипенье септим ядовитых под ногами.
А клёкот дактилей, центонов крику вторя,
Смешался с карканьем ироний в адской гамме.

И, продираясь сквозь завалы подлежащих,
Я в свой дневник занёс единственную запись —
Какой рефрен меня завёл в такую чащу,
Где враз свернёшь себе эпитет и анапест.

Но наконец-то попадаются всё реже
Гнилые хокку и колючие рубаи.
И меж предлогов белый стих, маня, забрезжил...
Но слишком близко слышен вой глаголчей стаи.

И прежде, чем в бою неравном смолкнет лира,
Я, стиснув суффиксы, от ярости зверея,
Из триолета сорок пятого верлибра
Шмальну дуплетом в их поганые хореи.

 

 
        Черноночие

"знаешь, у нас — недозимие;
пишется лишь междустрочие,
помнится лишь местовстречие"

Снова пишу стихострочие.
Вспомнилась правдоистория...
Как-то в одно поздноночие
Шла я домой темнодворием.

Вдруг позади — шагозвучие!
Ой! Сексуальноманьячие!
Бью по его сильноручию
Яростным сжатокулачием...

Не помогло самбознание
И не спасло быстробежие —
В старом заброшенноздании
Сорвано нижнеодежие...

...Горькое горлокомочие...
Дать бы ему в промежглазие!
Он убежал в черноночие,
Не повторив ещёразия...

Комментарии

 
 
Буквица #1, 2008 Стр.:   2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 Галерея:   II  III  IV  V  VI  VII  VIII  IX Стихи наших авторов

Rambler's Top100